Фильм Шпион, выйди вон!

Экранизация известной книги – серия романов о Джордже Смайли авторства Джона Ле Карре давно уже стала классикой шпионской литературы – само по себе мероприятие смелое. Вечно находятся преданные фанаты литературного первоисточника, ругающие, обвиняющие и выносящие неутешительный вердикт фильму за нарушение неких тайных заповедей, по которым следует снимать идеальные экранизации. Со «Шпионом» вышло иначе. Во-первых, и сам Ле Карре поддержал проект шведского почти что новичка Томаса Альфредсона, во-вторых, уже существовала классическая адаптация – пусть и в виде сериала. А вот ремейк, как известно всем поклонникам оригинала, дело уж точно бесполезное и непорядочное. Чуть ли не единственным оправданием для нового «Шпиона» стало то обстоятельство, что очень часто авторам по ту стороны границы удавалось представить, может, и не лучший, но, по меньшей мере, оригинальный взгляд на внутринациональные значимые события или хронотоп местной жизни в целом. Тут вспоминаются Уэллс с его экранизациями Шекспира, Кубрик с «Барри Линдоном» или Олтмен с «Госфорд Парком», таких примеров – множество. Не хуже, чем у именитых классиков, получилось и у шведа Альфредсона. Исторический контекст и сама фактура истории поддались ему настолько легко, что далеко не всем зрителям, с непривычки ошеломленным визуальным богатством фильма, удалось удержать внимание на самом действии. Но вряд ли стоит винить в этом режиссера.

Но все же несправедливо считать Альфредсона всего лишь мастером стилизаций, искусным и холодным ремесленником. Еще до экранизации вампирского романа «Впусти меня», принесшей ему известность и малоприятное наследие в виде тут же подоспевшего американского ремейка, он снял несколько фильмов в составе комедийной группы Killinggänget (Банда Киллинга). Самая известная картина из этой серии – «Четыре оттенка коричневого» – сочетала в себе черную комедию, саркастический фарс и карикатурную семейную сагу, которые, в конце концов, отступали под тяжестью драмы об одиночестве – не в гуще толпы, а в кругу родных и, казалось бы, близких людей. «Четыре оттенка» – из тех фильмов, что начинают смотреть, хихикая и похлопывая себя по коленкам, а заканчивают – пряча в горсти лицо. Вот и «Шпион» – только на первый невнимательный взгляд, просчитанный и равнодушный конструкт – оказывается историей о сильных мужчинах без погон, которые тоже умеют плакать. В здешнем «Цирке» есть не только коварный, копающий под святая святых британской разведки, «крот». Есть и библиотечная крыса пыльных кабинетов Джордж Смайли, и влюбленный волк-одиночка Рикки Тарр, и льстивая обаятельная гиена Билл Хейдон, и старый мудрый удав Хозяин, и побитый зоркий ястреб Джим Придо, и напыщенный торопливый хомяк Перси Аллелайн, и шустрый преданный щенок Питер Гиллем. Только в этом разношерстном шапито никто не смеется. Потому что разыгрываемое на арене представление – это клубок предательств, двойных обманов, подлых заговоров и жестоких игр. Аллегория стылой войны, ни один из солдат которой не вернется домой со щитом. Хотя бы потому, что у такой войны не бывает конца, а возвращаться, в общем, и некуда – разве что выйти вон.

15 февраля 2012

Читать весь обзор на сайте-источнике

Если главная цель авторов "бондианы" — приведение старого мифа в соответствие с требованиями сегодняшнего дня, то Альфредсон показал себя последовательным консерватором. Атмосферу 70-х он восстанавливает тщательно, как маньяк-археолог, давая в педантичности фору даже скрупулезному Джорджу Смайли. Парадокс в том, что разрешение детективной интриги поклонникам Ле Карре известно давным-давно, а остальными может быть без труда угадано — на личность предателя недвусмысленно указывает кастинг. Поэтому "Шпион, выйди вон" воспринимается не как ребус с причудливой разгадкой, а как спиритический сеанс, цель которого — путешествие в прошлое.

Считать ли это чистым стилистическим экспериментом? Пожалуй, нет. Ведь лейтмотив картины — лояльность, верность принципам. Однако речь идет о принципах, которые теряют смысл на глазах героев фильма (и давно потеряли этот смысл сегодня). Таким образом, лояльность становится вещью в себе, макгаффином. "Шпион, выйди вон" — отнюдь не ностальгический проект, а исследование на тему трансформации системы ценностей, при которой люди теряют человеческие свойства, превращаясь в фигуры на шахматной доске. В частности, поэтому в этой чисто британской истории российские зрители увидят немало родного. Кстати, самый яркий эпизод фильма — новогодняя вечеринка, на которой английские разведчики поют хором Гимн Советского Союза, а во второстепенных ролях снялись на удивление уместные Константин Хабенский и Светлана Ходченкова.

07.12.2011

Читать весь обзор на сайте-источнике

1 – Восьмидесятилетний беллетрист значится в титрах среди исполнительных продюсеров и, кроме того, отметился в эпизодической нетрезвого гостя на рождественской вечеринке.

26.12.2011

Читать весь обзор на сайте-источнике

Эта старческая интонация тут очень выверенная, даже немного искусственная (Олдмену на самом деле всего 53 года). Так же как слегка искусственна и ностальгия Альфредсона по английскому шпионскому кино 1960-70-х. Речь скорее не о "Бонде", а о более интеллектуальной альтернативе ему, фильмах об агенте Гарри Палмере с Майклом Кейном или тогдашних экранизациях Ле Карре (в частности, в 1979 году выходил очаровательно неторопливый сериал по тому же "Шпиону"). Альфредсон снимает шпионский фильм будто бы с акцентом, подчеркнуто изысканно произнося полузабытые обороты чужого языка. Но делает он это с любовью.

02.12.2011

Читать весь обзор на сайте-источнике

На дворе — 70-е, холодная война, гонка вооружений. Над западом реет американский флаг, на востоке угрожающе поблескивает железный занавес, а в службе британской разведки завелся «крот». Глава службы, известный под кодовым именем Контроль (Джон Херт), отходит от дел после провала операции в Будапеште, в ходе которой получил тяжелое ранение суперагент Джим Придо (Марк Стронг). Для того чтобы выявить шпиона, на службу возвращают из бессрочной ссылки ветерана контрразведки Джорджа Смайли (Гари Олдман). Ему предстоит вести долгие и муторные допросы (в частности, примерно половину фильма занимает разговор с ушлым отставным агентом Рикки Тарром (Том Харди), чтобы понять, кто же из высокопоставленных чиновников сливает русскому атташе Полякову (Константин Хабенский) секретные данные о планах британской разведки. Подозрение падает сразу на нескольких персонажей. Кому-то, безусловно, это все покажется весьма увлекательным. Например, международной прессе, которая после фестивального показа в Венеции чуть не умерла от восторга в полном составе. Или британцам, взращенным на одноименном телевизионном мини-сериале с Алеком Гиннессом в роли Смайли, — они с таким энтузиазмом заполняли кинотеатры на показах «Шпиона», что новая экранизация романа Джона Ле Карре три недели подряд возглавляла местный бокс-офис. Тем интереснее, что, послушно следуя традициям оригинального сериала, шведский вундеркинд Томас Альфредссон («Впусти меня») снял никакой не «шпионский триллер», а медленную, многофигурную драму, в которой слишком много персонажей, чтобы можно было хоть кому-нибудь из них по-настоящему сопереживать — и остается сопереживать только обрюзгшему, несчастному ветерану секретной службы, вынужденному иметь дело с предательством и на работе, и, что любопытно, в собственном же доме. Операторские игры в «восьмерки» завороженно фиксируют неумолимо стареющего Гари Олдмана, а сюжет закручен до такой степени, что минутной слабости хватит для того, чтобы потерять нить и так и не найти ее до конца фильма. Впрочем, все это не так уж важно — для Альфредссона, кажется, куда важнее разглядеть сквозь завесу лжи, сигаретного дыма и смога саму механику жизни под вечным колпаком.

2 декабря 2011

Читать весь обзор на сайте-источнике